Коллективная безопасность. Попытка создания системы коллективной безопасности в европе Попытки создания системы коллективной безопасности
В 1933-1936 гг. стали намечаться контуры системы коллективной безопасности, консолидации борцов с фашизмом. Советский Союз выступил первым с инициативой сохранения мира и предотвращения агрессии. В феврале 1933 г. он внес на рассмотрение конференции по разоружению проект Декларации об определении нападающей стороны. Проект содержал перечень действий государств, совершение которых должно было быть признано как нарушение мира и агрессия.
Идея создания системы коллективной безопасности встречала поддержку у многих политических руководителей Европы. Так, выявилась близость позиций с рядом влиятельных деятелей Франции - Л. Барту, Ж. Полем Бонуром, Э. Эррио. К попыткам создать систему коллективной безопасности подключились король Югославии и министр внутренних дел Румынии, ряд политических деятелей Англии. В 1934 г. СССР вступил в Лигу Наций, в 1933 г. были установлены дипломатические отношения Советского Союза и США, в 1935 г. были подписаны советско-французский и советско-чехословацкий договоры о взаимопомощи.
Созданию единого фронта противодействия фашизму мешал серьезный раскол демократических и левых сил в капиталистических странах Европы. Этому способствовала также тактика Коминтерна, в документах которого указывалось, что «социал-демократия, в моменты для капитализма критические, нередко играет фашистскую роль». Данные установки были пересмотрены только на VII Конгрессе Коминтерна (1935 г.). Известную часть вины за приход фашистов к власти Коминтерн возложил и на сами коммунистические партии, которые допустили ряд серьезных ошибок в борьбе за массы. Вторая половина 30-х гг. характеризовалась заметным подъемом международного рабочего и демократического движения. Во многих странах сложилось взаимодействие коммунистов и социал-демократов, всех антифашистских сил. Во Франции, Испании, Чили такое единство выражалось в форме широких блоков на антифашистской платформе. Здесь был поставлен заслон фашизму.
В 1936 г. в Брюсселе состоялся Международный конгресс мира. В его работе участвовали 4,5 тыс. делегатов из 35 стран, представляющие 750 национальных и 40 международных организаций. Конгресс выработал единую платформу миролюбивых сил. Во время гражданской войны и итало-германской интервенции в Испании (за время войны в Испанию прибыло более 200 тыс. итальянских и немецких солдат) антифашистские организации оказывали республиканцам Испании большую помощь: из 54 стран мира отправились добровольцы численностью свыше 50 тыс. человек, проводилась широкая международная кампания по сбору и доставке материальных средств, вывоз испанских детей и раненых и др. Англия, Франция, США и другие государства Запада заключили соглашение (август 1936 г.) о невмешательстве в испанские дела. Однако на заключительном этапе войны французское правительство летом 1938 г. закрыло франко-испанскую границу, а Комитет по невмешательству принял решение вывести всех иностранных добровольцев из Испании. Выведены были интернациональные бригады, а регулярные итало-германские воинские части остались. Наконец, правительства Англии и Франции официально признали фашистское правительство Франко.
Советский Союз был единственным государством, последовательно защищавшим законные права и интересы республиканской Испании. Он предоставил Испании кредит на сумму 85 млн. долларов, поставлял оружие, оказывал большую помощь по линии Красного Креста. Десятки пароходов с продовольствием, медикаментами, одеждой отправлялись Испанской республике. По всей стране шел сбор средств для Испании. Но усиление блокады республики затрудняло помощь Испании.
В марте 1938 г., когда немецко-фашистские войска вступили в Австрию, только Советский Союз осудил агрессора. Безнаказанность агрессии поощряла Германию к новым захватам.
В условиях обострения международной обстановки в конце 30-х гг. и развертывании военных действий фашистской Германии Советское руководство занимает четкую и недвусмысленную позицию. Когда нависла угроза агрессии над Чехословакией, правительство СССР предложило Франции начать переговоры генеральных штабов вооруженных сил СССР Франции и Чехословакии для обсуждения конкретной помощи Чехословакии. Предлагалось также созвать международную конференцию в защиту Чехословакии и обратиться в Лигу Наций для воздействия на агрессора. Ответа со стороны Франции и Чехословакии не последовало.
26 апреля 1938 г. Председатель Президиума Верховного Совета СССР М.И. Калинин сделал заявление, в котором говорилось о готовности СССР выполнить свои обязательства, прийти на помощь Чехословакии, не дожидаясь Франции. Нарком иностранных дел СССР М.М. Литвинов 22 августа 1938 г. известил посла Германии в Москве Шуленбурга, что если дело дойдет до войны, то Советский Союз поддержит Чехословакию, «сдержит свое слово и сделает все, что в его силах». Были приняты меры военного характера: к Западной границе подтянуто 30 дивизий, введены танковые соединения и авиация, части пополнены резервистами. Большую роль в отражении агрессии могло сыграть и советско-чехословацкое военное сотрудничество. По основным параметрам чехословацкие танки в 1938 г. превосходили немецкие. Чехословацкая армия располагала значительным количеством первоклассной артиллерии (после оккупации Чехословакии немцы захватили 2675 орудий всех типов). Ведущие чехословацкие автозаводы выпускали автомобили повышенной проходимости, которые считались по тому времени самыми современными, - удельный вес военной промышленности Чехословакии на мировом рынке оружия составлял 40%.
Согласно германскому плану «Грюн», в операциях против Чехословакии предусматривалось использование 30 дивизий, в то время только Чехословакия имела 45 дивизий (свыше 2 млн. человек), 1582 самолета, 469 танков; на границе с Германией имелись мощные пограничные укрепления, не уступавшие французской линии Мажино. Совместные выступления СССР, Франции, Англии грозили для Германии военной катастрофой. Однако западные союзники, заключив Мюнхенскую сделку о разделе Чехословакии, обязали ее отказаться от договора с СССР. И чехословацкое правительство, отвергнув советскую военную помощь, капитулировало.
Весной 1939 г. в связи с резкой эскалацией агрессивных действий фашистских государств Советское правительство обратилось к Англии и Франции с конкретными предложениями о заключении соглашения о взаимной помощи, включая военную конвенцию на случай агрессии в Европе. Советское правительство полагало, что для создания действительного барьера миролюбивых государств против дальнейшего развертывания агрессии в Европе необходимы по крайней мере три условия:
1) заключение между Англией, Францией и СССР эффективного пакта о взаимопомощи против агрессии;
2) гарантирование безопасности со стороны этих трех великих держав государствам Центральной и Восточной Европы, находящимся под угрозой агрессии, включая сюда также Латвию, Эстонию, Финляндию;
3) заключение конкретного соглашения между Англией, Францией и СССР о формах и размерах помощи, оказываемой друг другу и гарантируемым государствам, без чего (без такого соглашения) пакты взаимопомощи рискуют повиснуть в воздухе, как это показал опыт с Чехословакией.
Английские же гарантии безопасности распространялись лишь на Польшу и Румынию, ввиду чего северо-западные границы СССР со стороны Финляндии, Эстонии, Латвии оставались неприкрытыми.
2 июня 1939 г. Советское правительство передало правительствам Англии и Франции проект договора, который учитывал все предложения, выдвинутые в процессе переговоров.
Глава французского правительства не мог не признать предложения советской стороны логичными. Под давлением все растущей критики со стороны различных общественных слоев Англии по поводу медленного хода переговоров в Москву был направлен всего лишь чиновник Министерства иностранных дел, бывший ранее советником английского посольства в СССР.
Английские предложения не предусматривали гарантий Эстонии, Латвии и Финляндии, в то же время требовали гарантий помощи со стороны СССР в отношении Польши, Румынии, Бельгии, Греции и Турции, затем поставили вопрос о распространении гарантий трех держав на Голландию и Швейцарию.
Англичане и французы всячески затягивали переговоры: с момента поступления первого английского предложения, т.е. 15 апреля, прошло 75 дней; из них Советскому правительству потребовалось на подготовку ответов на различные английские проекты и предложения 16 дней, а остальные 59 дней ушли на задержку и проволочки со стороны англичан и французов.
Правительства Англии и Франции считали свои контакты с СССР прежде всего средством давления на Германию. Германский посол в Лондоне Дирксен констатировал, что «Англия хочет посредством вооружений и приобретения союзников усилиться и поравняться с «осью», но в то же время она хочет попытаться путем переговоров прийти к полюбовному соглашению с Германией».
Американский поверенный в делах во Франции Вильсон писал в госдепартамент 24 июня 1939 г. о сложившемся у него впечатлении, что, возможно, готовится второй Мюнхен, на этот раз за счет Польши.
14 июля Ллойд Джордж в беседе с советским полпредом в Лондоне критиковал политику английского правительства, выражая большое беспокойство относительно хода и перспектив англо-советских переговоров. По его словам, чемберленовская клика не может примириться с идеей пакта с СССР против Германии.
18 июля, а затем снова 21 июля 1939 г. состоялись беседы доверенного лица Чемберлена Вильсона с гитлеровским эмиссаром Вольтатом - чиновником для особых поручений в ведомстве Геринга. Вильсон предложил заключить англо-германский пакт о ненападении и подписать декларацию о невмешательстве во внутренние дела друг друга. 20 июля по инициативе Вильсона имела место встреча Вольтата с министром заморской торговли Англии Хадсоном, который высказал мнение, что «... в мире существует еще три большие области, в которых Германия и Англия могли бы найти широкие возможности приложения своих сил, а именно: английская империя, Китай и Россия».
29 июля во время встречи представителей лейбористской партии Англии с советником Германского посольства в Лондоне рассматривались предложения о заключении между Англией и Германией «соглашения о разграничении сфер интересов».
В июле 1939 г. в Токио было подписано соглашение, по которому Англия признавала японские захваты в Китае и обязывалась не препятствовать там японской агрессии. Это был «дальневосточный Мюнхен», по которому Китаю отводилась в Азии такая же роль жертвы агрессии, как Чехословакии в Европе. Соглашение было подписано в разгар вооруженного конфликта, развязанного Японией против СССР и Монгольской Народной Республики у реки Халхин-Гол.
3 августа 1939 г. Вильсон имел встречу с германским послом в Лондоне Дирксеном. Излагая содержание предложенной английской программы переговоров, Дирксен писал: «...Англо-германское соглашение, включающее отказ от нападения на третьи державы, начисто освободило бы британское правительство от принятых им на себя в настоящее время гарантийных обязательств в отношении Польши, Турции и т.д.».
Как видно из приведенных документов, английское правительство в случае достижения англо-германского соглашения было готово сразу же прекратить переговоры с Советским правительством, а также отказаться от своих гарантий странам Восточной Европы, благословляя гитлеровцев на продолжение их «Дранг нах Остен».
В это же время Германия активизировала проникновение в Прибалтийские государства. Летом 1939 г. состоялись тайные визиты в Эстонию и Финляндию начальника штата германской армии генерала Гальдера и главы германской военной разведки адмирала Канариса. В период англо-франко-советских переговоров были подписаны договоры между Германией и Эстонией, Германией и Латвией.
25 июля 1939 г. английское правительство наконец приняло советское предложение начать переговоры о заключении англо-франко-советского военного соглашения. 26 июля министр иностранных дел Франции известил, что французская делегация выедет в Москву.
Для ведения военных переговоров Советское правительство назначило делегацию во в главе с народным комиссаром обороны маршалом Ворошиловым. Членами делегации были назначены начальник Генерального штаба РККА Шапошников, народный комиссар Военно-морского флота Кузнецов, начальник Военно-воздушных сил РККА Локтионов и заместитель начальника Генерального штаба РККА Смородинов.
В состав английской делегации входили адмирал Дракс, маршал военно-воздушных сил Англии Барнет и генерал-майор Хейвуд. Делегации дана была директива «вести переговоры очень медленно». Американское посольство в Лондоне сообщало 8 августа в госдепартамент США, что английской военной миссии «даны указания сделать все возможное для того, чтобы переговоры продолжались до 1 октября».
Глава английской делегации Дракс заявил, что он «не имеет письменного полномочия» и что он «уполномочен вести только переговоры, но не подписывать пакта (конвенции)».
В состав французской военной делегации вошли член Верховного Военного совета Франции генерал Думенк, командир 3-й авиационной дивизии генерал Вален, профессор Военно-морской школы Вийом и др. Французская делегация имела полномочия только на ведение переговоров, но не на подписание какого-либо соглашения.
На вопрос главы советской военной миссии: «Есть ли у миссий Англии и Франции соответствующие военные планы?» - Дракс ответил, что, приезжая в Москву по приглашению Советского правительства, он «рассчитывал, что проект будет предложен советской миссией».
Кардинальным вопросом переговоров стал вопрос о проходе советских войск через польскую территорию, «чтобы непосредственно соприкоснуться с противником, если он нападет на Польшу», или «через румынскую территорию, если агрессор нападет на Румынию». Эти вопросы не были разрешены в ходе переговоров, так как польское правительство даже в условиях непосредственной опасности со стороны Германии не изменило антисоветского курса своей внешней политики. Еще 11 мая 1939 г. польский посол в Москве заявил, что Польша не считает возможным заключение пакта о взаимопомощи с СССР. Во время переговоров в Москве 20 августа польский министр иностранных дел Ю.Бек направил телеграмму своему послу во Франции: «Польшу с Советами не связывают никакие военные договоры, и польское правительство такой договор заключать не собирается».
В Париже, однако, нарастала тревога в связи с усиливающейся германской агрессивностью.
Французская дипломатия, балансируя между старой политикой умиротворения и боязнью германской агрессии, вела себя на переговорах непоследовательно, но 21 августа французское правительство уполномочило своих представителей подписать тройственную военную конвенцию. Одновременно представители Франции в Варшаве пытались воздействовать на польское правительство, дать согласие на пропуск советских войск через польскую территорию в случае возникновения войны с агрессором (имелась в виду Германия) и включить это соглашение в текст конвенции. Но переговоры зашли в тупик из-за позиции правительства Англии, которое не дало полномочий своей делегации на подписание военной конвенции. «Британское правительство, - говорилось в утвержденной на заседании комитета обороны Англии 2 августа 1939 г. инструкции для делегации на московских переговорах, - не желает быть втянутой в какое бы то ни было определенное обязательство, которое могло бы связать нам руки при любых обстоятельствах. Поэтому в отношении военного соглашения следует стремиться к тому, чтобы ограничиваться сколь возможно общими формулировками... не вести переговоры по вопросу обороны Прибалтийских государств».
Польша и Румыния согласия на проход советских войск через польскую и румынскую территории в целях участия в военных действиях против Германии также не дали.
Безрезультатность московских переговоров, Мюнхенское соглашение западных стран с фашистами, подталкивание гитлеровской агрессии на Восток, тайные англо-германские переговоры в Лондоне на основе предложенной Англией глобальной программы разрешения англо-германских противоречий: заключение пакта о ненападении и невмешательстве в дела друг друга, возвращение Германии колоний, признание Восточной и Юго-Восточной Европы сферой интересов Германии, раздел мировых экономических рынков, таких, как Китай, Британская империя, Советский Союз и др., - ставило нашу страну в условия международной изоляции. Возросла военная угроза и с Востока, где японские милитаристы вновь предприняли акт агрессии.
Уже в конце 1938 - начале 1939 гг. многочисленные ведомства рейха, в том числе такие, как «научно-исследовательские институты» Розенберга, министерство пропаганды и военная разведка, занимались планами присоединения Украины и других областей Советского Союза.
В августе 1939 г. Советским правительством были получены сведения о том, что завершается приведение германской армии в боевую готовность и сосредоточение ее у польской границы. Стало известно, что в период с 25 по 28 августа могут начаться военные действия Германии против Польши. Поэтому Советскому Союзу приходилось думать об альтернативном выходе.
Германия была заинтересована в заключении договора о ненападении с СССР, так как хотела, чтобы СССР остался нейтральным после ее нападения на Польшу. По документам известно, что решение о нападении на Польшу было принято тогда, когда не было и разговора о пакте о ненападении. В июне, когда полным ходом шли советско-англо-французские переговоры, Гитлер говорит о том, что нападение состоится независимо от того, будет ли заключен договор между Англией, Францией и СССР, что германско-польский конфликт будет разрешен так, как задумано в Берлине.
После захвата Австрии и особенно Чехословакии гитлеровский вермахт резко вырвался вперед в смысле военно-технического оснащения по сравнению со всеми другими армиями. Ведь Чехословакия была крупнейшим экспортером оружия. И все это оказалось в распоряжении Гитлера. Превосходство вермахта стало бесспорным. Гитлер писал Муссолини: «...Польская армия будет разбита в кратчайшие сроки. Я сомневаюсь, что возможно было бы добиться такого успеха через год или два».
Анализ секретной переписки между германским посольством в Москве и Берлином в июне-августе 1939 г. говорит о том, что Советское правительство осторожно относилось к предложению Германии о заключении договора. Вот как оценивает первый этап дипломатического зондирования в мае-июне посольство и посол Германии: «Сделали все возможное, но мы не можем втащить Молотова и Микояна в Бранденбургские ворота». 30 июля Гитлер дает указание: «Учитывая поведение русских, отказаться от дальнейших акций в Москве». Позднее, после встречи с Молотовым, проведенной 3 августа по телеграфному указанию из Берлина, посол фон Шуленбург докладывает: «Мое общее впечатление таково, что Советское правительство в настоящее время решило заключить договор с Францией - Англией, если те выполнят все его пожелания».
15 августа Риббентроп объявляет через своего посла в Москве о готовности «совершить короткую поездку в Москву, дабы заложить фундамент для прояснения германо-советских отношений». Но советское руководство отвечает: «Такая поездка потребует соответствующей подготовки».
18 августа новый приказ послу: добиваться согласия на «срочный визит», имея в виду, что «в скором времени возможно и начало германо-польского конфликта...». На следующий день в ответ германскому послу был вручен советский проект договора о ненападении, а в отношении визита Риббентропа в Москву было сказано, что он станет возможным после объявления о подписании экономического соглашения и если это объявление будет сделано сегодня-завтра, то министр мог бы прибыть 26-27 августа.
19 августа в Берлине было подписано советско-германское кредитное соглашение. Советскому Союзу был предоставлен кредит на 200 млн. германских марок для закупки в Германии промышленных изделий, в том числе военных материалов. Подписание этого договора давало известную гарантию того, что Германия в ближайшее время нападать на СССР не собирается.
20 августа Берлин полностью раскрывает свои карты. В телеграмме Сталину Гитлер объявляет: Германия «с данного момента решила всеми средствами обеспечить интересы рейха» в конфликте с Польшей. Он предлагает принять Риббентропа «во вторник, 22 августа, но самое позднее - в среду, 23 августа». Визит «должен длиться самое большее двое суток, более длительный срок с учетом международной ситуации невозможен». Было ясно, что военная машина Германии уже заведена и нападение на Польшу может произойти со дня на день.
23 августа 1939 г. был подписан советско-германский договор о ненападении сроком на десять лет.
Договор сопровождал секретный протокол, который разграничивал сферы влияния сторон в Восточной Европе: «Было достигнуто соглашение в следующем:
1. В случае территориальных и политических преобразований в областях, принадлежащих Прибалтийским государствам (Финляндия, Эстония, Латвия, Литва), северная граница Литвы будет являться чертой, разделяющей сферы влияния Германии и СССР. В этой связи заинтересованность Литвы в районе Вильно признана обеими сторонами.
2. В случае территориальных и политических преобразований в областях, принадлежащих Польскому государству, сферы влияния Германии и СССР будут разграничены приблизительно по линии рек Нарев, Висла и Сан.
Вопрос о том, желательно ли в интересах сторон сохранение независимости Польского государства, о границах такого государства будет окончательно решен лишь ходом будущих политических событий.
Касательно Юго-Восточной Европы Советская сторона указала на свою заинтересованность в Бессарабии. Германская сторона ясно заявила о полной политической незаинтересованности в этих территориях».
Таким образом, в сферу влияния СССР вошли Финляндия, Эстония, Латвия и восточные территории Польского государства - Западная Украина и Западная Белоруссия, а также Бессарабия, отторгнутые от Советской Республики насильственным путем после Первой мировой войны.
Можно, конечно, утверждать, что заключение секретного протокола с Германией втягивало Советское государство в империалистический передел мира в качестве союзника Гитлера, но нельзя не замечать складывания блока агрессивных государств на основе Антикоминтерновского пакта и подписания Мюнхенского соглашения, молчаливого, а часто и активного поощрения агрессора со стороны западных держав. Протокол этот можно понять в контексте того времени. Было неизбежно столкновение между Советским Союзом и Германией. Сталин считал, что во имя конечной победы в будущей войне лучше, если это столкновение произойдет на рубежах, на 200-300 километров отстоящих от прежних границ Советского Союза.
Советско-германский договор о ненападении нельзя рассматривать как изолированное явление, как голый факт в отрыве от событий, которые тогда происходили в мире. Договор заключался тогда, когда фашистская агрессия уже нависла над европейскими государствами. Экономические и политические планы агрессора находили поддержку весьма влиятельных сил Англии, Франции, а также и США. Это были круги, рассчитывавшие руками Гитлера разделаться с Советским Союзом.
Но так считали не только в Москве. Вот отрывок из беседы советского полпреда в Лондоне Майского с Черчиллем в конце октября 1939 г., уже в условиях начавшейся Второй мировой войны.
«С точки зрения правильно понятых интересов Англии тот факт, что весь Восток и Юго-Восток Европы находятся вне зоны войны, - говорил Черчилль, - имеет не отрицательное, а положительное значение. Главным образом Англия не имеет оснований возражать против действий СССР в Прибалтике. Конечно, кое-кто из сентиментальных деятелей может пускать слезу по поводу русского протектората над Эстонией или Латвией, но к этому нельзя относиться серьезно...». «Черчилль, - сообщает Майский, - понимает, что СССР должен быть хозяином на восточном берегу Балтийского мира, и очень рад, что балтийские страны включаются в нашу, а не в германскую государственную систему. Это исторически нормально и вместе с тем сокращает возможное «жизненное пространство» для Гитлера. Черчилль при этом размашисто провел вдоль линии советско-германского разграничения и заявил: «Дальше этой линии Германию пускать нельзя». Позже Черчилль писал о договоре: «Невозможно сказать, кому он внушал большее отвращение - Гитлеру или Сталину. Оба сознавали, что это могло быть только временной мерой, продиктованной обстоятельствами. Антагонизм между двумя империями и системами был смертельным. Сталин, без сомнения, думал, что Гитлер будет менее опасным врагом для России после года войны против западных держав. Гитлер следовал своему методу «поодиночке». Тот факт, что такое соглашение оказалось возможным, знаменует всю глубину провала английской и французской политики и дипломатии за несколько лет.
В пользу Советов нужно сказать, что Советскому Союзу было жизненно необходимо отодвинуть как можно дальше на Запад исходные позиции германских армий с тем, чтобы русские получили время и могли собрать силы со всех концов своей колоссальной империи. В умах русских каленым железом запечатлелись катастрофы, которые потерпели их армии в 1914 году, когда они бросились в наступление на немцев, еще не закончив мобилизации. А теперь их границы были значительно восточнее, чем во время первой войны. Им нужно было силой или обманом оккупировать прибалтийские государства и большую часть Польши, прежде чем на них нападут. Если их политика и была холодно расчетливой, то она была также в тот момент в высокой степени реалистичной».
Достигнутые в августе 1939 г. договоренности ставили предел распространению фашистской экспансии в Восточной Европе, а следовательно, их можно рассматривать как направленные не против, а в защиту Литвы, Латвии и Эстонии.
В настоящее время мнения исследователей по вопросу заключения советско-германского договора о ненападении кардинально расходятся, но они базируются, на наш взгляд, на политических симпатиях и антипатиях, а не на объективном анализе фактов.
Заключение подобного договора позволяло СССР уйти от опасности быть втянутым в войну на два фронта, давало возможность выиграть некоторое время для развития и укрепления обороны страны.
1 сентября 1939 г. гитлеровская Германия напала на Польшу. Союзники последней - Англия и Франция - объявили войну Германии. Вторая мировая война началась. Фашистские государства, встав на путь агрессии, угрожали территориальной целостности, независимости и даже самому существованию многих стран и народов. Фашизм стал главной опасностью для всех прогрессивных, демократических, свободолюбивых сил.
Меры, предпринятые СССР, способствовали сохранению мира в 20-е и начале 30-х годов. Но с установлением в Германии фашистской диктатуры они стали недостаточными для решения этой задачи. Одними договорами о ненападении нельзя было остановить агрессора, ему необходимо было противопоставить единый фронт миролюбивых сил и объединенными усилиями многих стран и народов помешать развязыванию войны. Так появилась новая конструктивная идея советской внешней политики -- идея коллективной безопасности. Она вытекала из того факта, что в вопросах войны и мира земной шар неделим. В.И. Ленин указывал, что всякая империалистическая агрессия, даже локальная, затрагивает интересы стольких стран и народов, что развитие событий едет к расширению войны. В условиях тесного переплетения экономических, финансовых и политических связей государств, безудержных завоевательных планов агрессора любой военный конфликт, хотя бы ограниченного масштаба, втягивает в свою орбиту многие государства и грозит перерасти в мировую войну.
В условиях нараставшей угрозы со стороны Германии ЦК ВКП(б) разработал идею коллективной безопасности, изложенную в его постановлении от 12 декабря 1933 г.
Постановление предусматривало возможность вступления Советского Союза в Лигу наций и заключения региональных соглашений с широким кругом европейских государств о взаимной защите от агрессии. Система коллективной безопасности, впервые в истории международных отношений предложенная Коммунистической партией и Советским правительством, была призвана стать эффективным средством предотвращения войны и обеспечения мира. Она отвечала интересам всех свободолюбивых народов, которым угрожала фашистская агрессия.
В совпадении интересов поборников национальной независимости и свободы заключалась первая важнейшая объективная предпосылка, которая обусловливала возможность создания системы коллективной безопасности. Вторая состояла в том, что Советское государство настолько выросло экономически, настолько укрепило свои международные позиции и авторитет, что возникла реальная возможность перейти от отдельных договоров о ненападении к борьбе за создание европейской системы обеспечения мира и безопасности народов.
Выполняя постановление ЦК ВКП(б) от 12 декабря 1933 г., Наркоминдел разработал предложения о создании европейской системы коллективной безопасности, «одобренные инстанцией 19 декабря 1933 г.» . Эти предложения предусматривали следующее:
«1. СССР согласен на известных условиях вступить в Лигу наций.
- 2. СССР не возражает против того, чтобы в рамках Лиги наций заключить региональное соглашение о взаимной защите от агрессии со стороны Германии.
- 3. СССР согласен на участие в этом соглашении Бельгии, Франции, Чехословакии, Польши, Литвы, Латвии, Эстонии и Финляндии или некоторых из этих стран, но с обязательным участием Франции и Польши.
- 4. Переговоры об уточнении обязательств будущей конвенции о взаимной защите могут начаться по представлению Францией, являющейся инициатором всего дела, проекта соглашения.
- 5. Независимо от обязательств по соглашению о взаимной защите, участники соглашения должны обязаться оказывать друг другу дипломатическую, моральную и, по возможности, материальную помощь также в случаях военного нападения, не предусмотренного самим соглашением, а также воздействовать соответствующим образом на свою прессу».
В интересах борьбы за коллективную безопасность Советское правительство приняло решение о вступлении в Лигу наций. Такой шаг не означал каких-либо изменений в принципиальных основах советской внешней политики, а представлял лишь дальнейшее их развитие в новой исторической обстановке. Советская внешняя политика, проявляя необходимую гибкость, добивалась своей главной цели -- создания в Европе системы коллективной безопасности как залога сохранения мира.
В обстановке образования двух очагов мировой войны Лига наций в определенной мере утрачивала свою прежнюю роль орудия антисоветской политики и могла стать немаловажным препятствием на пути непосредственных организаторов войны. Наличие такой возможности стало еще более очевидным, когда Япония и Германия покинули Лигу наций.
Инициативу пригласить Советский Союз в Лигу наций поддержали 30 государств. Они обратились к СССР с предложением «вступить в Лигу наций и принести ей свое ценное сотрудничество» в борьбе за укрепление мира. Советский Союз вступил в Лигу наций 18 сентября 1934 г., заявив, что, несмотря на все ее недостатки, Лига наций может в какой-то мере помешать развитию событий по пути ко второй мировой войне. В своем первом выступлении на пленарном заседании Лиги наций представитель СССР подчеркнул, что Советское государство не несет ответственности за действия и решения Лиги, принятые до его вступления в эту международную организацию. Политический деятель США С. Уэллес писал: «Когда Советский Союз вступил в Лигу наций, даже самые упрямые вынуждены были вскоре признать, что он является единственной великой державой, которая принимает Лигу всерьез».
Успехи внешней политики СССР были очевидными. Все большее значение в мировой политике приобретало сближение Советского Союза и Франции.
Фашистские правители Германии решили прибегнуть к своему излюбленному методу, который они широко использовали во внутренней и внешней политике, -- к террору. По всей Европе прокатилась волна насилий. По требованию Берлина многие политические деятели европейских государств были или смещены, или убиты. Был уничтожен румынский премьер Дука, отстранен и вынужден покинуть родину министр иностранных дел Румынии Титулеску, действовавший в целях сохранения независимости и безопасности своей страны.
Среди тех, кто пал жертвой фашистского политического террора, оказался и французский министр иностранных дел Барту. Зная, что его жизнь находится под угрозой, он мужественно продолжал проводить свою линию.
Исполнение плана убийства Барту, санкционированного Гитлером и разработанного разведкой Геринга, возлагалось на помощника немецкого военного атташе в Париже Г. Шпейделя, тесно связанного с французскими ультраправыми. Непосредственным организатором убийства Шпейдель избрал А. Павелича -- одного из лидеров реакционной террористической организации хорватских националистов, находившейся в услужении у гитлеровцев. Тщательно разработанная злодейская акция «Меч тевтонов» была осуществлена в Марселе 9 октября 1934 г. Убийца, В. Георгиев, беспрепятственно вскочив на подножку автомашины, выстрелами в упор убил югославского короля Александра, прибывшего во Францию с официальным визитом, и ранил в руку Барту. Раненому министру не была оказана срочная медицинская помощь, и он скончался от потери крови.
Гитлеровцы знали, в кого целили: был уничтожен самый горячий сторонник идеи коллективной безопасности из числа буржуазных политических деятелей. «Кто знает, -- писала 11 октября 1934 г. фашистская газета «Берлинер берзенцайтунг», -- какие средства пытался бы пустить в ход этот старик с сильной волей... Но костлявая рука смерти оказалась сильнее дипломатической воли Барту. Смерть появилась в надлежащий момент и оборвала все нити».
Убийство Барту и последовавшая затем очередная смена в составе кабинета министров ослабили ряды сторонников национальной внешней политики во Франции. Пост министра иностранных дел перешел к П. Лавалю -- одному из наиболее отвратительных предателей страны, которые по праву заслужили клеймо «могильщиков Франции». Лаваль представлял ту часть правящих кругов страны, которая находилась на крайне антисоветских, прогерманских позициях. Сторонник антисоветского сговора с Германией, он поставил своей задачей похоронить проект Восточного пакта, отказаться от курса франко-советского сближения и прийти к соглашению с фашистскими государствами. Лаваль выдвинул план, продиктованный ему крупными монополиями: заключить гарантийный пакт только трех государств -- Франции, Польши и Германии. Такое предложение полностью устраивало германское и польское правительства. Однако реализации планов Лаваля препятствовала советская внешняя политика, пользовавшаяся возраставшим авторитетом среди прогрессивных сил французской нации.
Советский Союз распространял принципы коллективной безопасности и на страны, берега которых омывались водами Тихого океана. Советская дипломатия не теряла буквально ни одного дня. Уже в беседе народного комиссара иностранных дел M.M. Литвинова с американским президентом Рузвельтом, состоявшейся в день обмена нотами об установлении дипломатических отношений, был поставлен вопрос о Тихоокеанском пакте. Предполагалось, что участниками пакта станут США, СССР, Китай и Япония, которые примут на себя обязательства о ненападении, а возможно, и «о совместных действиях в случае опасности миру». Рузвельт поручил Буллиту вести дальнейшие переговоры по данному вопросу.
Встреча наркома с послом США состоялась в декабре 1933 г. Буллит, не скрывая отрицательного отношения к проекту Тихоокеанского пакта, ссылался на позицию Японии. В отношении двустороннего советско-американского договора о ненападении, а быть может, и о взаимопомощи он с иронией заметил: «...такой пакт вряд ли и нужен, ибо мы друг на друга нападать не собираемся» , но обязался сообщить президенту о состоявшейся беседе. Спустя три месяца Буллит информировал наркома иностранных дел, что Рузвельт склонен заключить многосторонний Тихоокеанский пакт о ненападении с участием в нем СССР, США, Японии, Китая, Англии, Франции и Голландии. Об этом же в конце ноября 1934 г. советскому полпреду в Лондоне заявил Н. Дэвис -- американский делегат на конференции по разоружению. Полпред заверил его, что со стороны Советского Союза отношение к данной идее будет самым благожелательным. Вскоре Дэвис сообщил, что США не возьмут на себя инициативу заключения такого пакта.
Президент Рузвельт продолжал поддерживать идею Тихоокеанского пакта еще в течение нескольких лет. Но препятствия на пути его заключения были большие. Внутри США против пакта выступали те силы, которые под флагом изоляционизма предпочитали не мешать германской и японской агрессии, рассчитывая направить ее против Советского Союза. Они мотивировали свою позицию тем, что заключение пакта вынудит Соединенные Штаты занять более решительную позицию в отношении захвата Японией Маньчжурии. Об этом говорил и Буллит. Против пакта, естественно, была и Япония. Позиция Англии казалась уклончивой, в действительности же была отрицательной. Таким образом, в борьбе за мир Советский Союз сталкивался с огромными препятствиями.
Борьба СССР за создание системы коллективной безопасности имела важное значение. Величайшая заслуга Коммунистической партии и Советского правительства состоит в том, что еще в то время, когда империализм находился на отдаленных подступах к замышлявшейся им войне, его агрессивной политике был противопоставлен реальный, хорошо продуманный и обоснованный план сохранения и у крепления мира. И хотя для его осуществления силы, выступавшие за мир, оказались недостаточными, советский план коллективной безопасности сыграл свою роль. Он вселял в массы уверенность в возможности победы над фашизмом путем объединенных действий. Советская идея коллективной безопасности несла в себе зародыш грядущей победы свободолюбивых народов над фашистскими поработителями.
Во второй половине 30-х годов в мире происходили важнейшие изменения. Они выражались в успешном строительстве социализма в СССР, росте активности народных масс; одновременно происходило нарастание агрессивности империализма, развязывание им захватнических войн. Изменялось соотношение классовых факторов на мировой арене, происходила возраставшая поляризация сил -- мира и демократии на одной стороне, фашизма и войны -- на другой.
В этих условиях Коминтерн и ВКП(б) выдвинули новые идеи и новые тактические средства борьбы за коллективную безопасность. Это отвечало указаниям В.И. Ленина, требовавшего самым тщательным образом анализировать объективные условия, в частности расстановку и соотношение сил в мире. Когда классовая борьба захватывает все международные отношения, «в этом случае в основу своей тактики, прежде всего и больше всего, необходимо класть учет объективного положения...».
Ленин учил, что при каждом повороте истории необходимо оценивать «соотношение классов в целом, всех классов...», а не выбирать «отдельные примеры и отдельные казусы...». «Мы, марксисты, -- писал В.И. Ленин в 1918 г., -- гордились всегда тем, что строгим учетом массовых сил и классовых взаимоотношений определяли целесообразность той или иной формы борьбы».
Вопросы борьбы с агрессией приобретали все большее национальное и интернациональное значение. Идеи и тактика этой борьбы представляли собой результат коллективного творчества и мудрости всего коммунистического движения, общий вклад этого движения в развитие марксизма-ленинизма, в дело борьбы за мир во всем мире.
Обстановка в мире быстро осложнялась: Италия и Германия в Европе и Африке, Япония в Азии перешли к открытой военной агрессии. Пламя войны охватило громадную территорию от Шанхая до Гибралтара. Насильственно перекраивались карты Европы, Африки и Азии. В сложившихся условиях главенствующее значение приобретала необходимость борьбы с агрессией всеми средствами, вплоть до военных. Советский Союз проводил свою миролюбивую политику в исключительно трудных условиях. Существовавшие договоры о взаимопомощи СССР с Францией и Чехословакией вопреки воле и желанию СССР были весьма ограниченны: они предусматривали взаимную помощь только в случае прямого нападения агрессора на одну из договорившихся сторон и не дополнялись такими военными конвенциями, которые конкретизировали бы соответствующие взаимные обязательства.
Воинственному курсу фашистских государств и Японии могли противостоять лишь действенная политика мира, твердый отпор, пресечение агрессии объединенными усилиями миролюбивых стран и народов. Сложившаяся международная обстановка вызвала к жизни новые стороны плана коллективной безопасности. Важнейшая из них -- идея создания самого широкого фронта мира, охватывающего не только рабочий класс, трудящиеся и демократические слои, но и правительства стран, над которыми нависла опасность агрессии.
Фашистские планы завоевания мирового господства угрожали коренным национальным интересам и других капиталистических стран. Это создавало известную основу для совместных с Советским Союзом действий таких стран против агрессии. В свое время В.И. Ленин указывал на необходимость идти на соглашения и компромиссы ради спасения революции, в борьбе за мир использовать все пацифистские силы в буржуазном лагере.
Развивая ленинские положения, ВКП(б) выдвинула идею создания союза государств против агрессора. Эта исключительная по своему значению идея предусматривала объединение усилий государств, имевших решающий перевес в экономическом и военном отношении над блоком агрессивных стран. Советский Союз был уверен, что фашистскую агрессию можно остановить коллективными действиями миролюбивых государств. Вот почему советская внешняя политика столь настойчиво и энергично вела свой курс на создание прочного союза СССР, Англии и Франции, который был бы оформлен обязательствами по взаимной помощи против агрессии. Не менее пяти лет продолжалась борьба вокруг советских предложений. Но к 21 августа 1939 г. выявилась полная бесперспективность дальнейших переговоров с правительствами Англии и Франции. Более того, всякие попытки продолжить переговоры, после того как они были заведены в тупик военными миссиями Англии и Франции, могли лишь создать огромную опасность для СССР.
Советский план коллективной безопасности предусматривал укрепление безопасности всех стран и народов, а не одних за счет других, как это было характерно для предложений правительств Англии и Франции. Советский Союз руководствовался свойственным ему интернационализмом, принципом неделимости мира, непосредственно вытекающим из ленинского положения об интернационализации международных связей. В условиях тесного переплетения всемирных экономических, финансовых и политических отношений любой военный конфликт, хотя бы местного характера, втягивает в свою орбиту многие государства и грозит перерасти в мировую войну, если своевременно не будут приняты меры к его ликвидации. «Таково уж положение в нынешнем мире, -- говорил Л.И. Брежнев в 1973 г. о тезисе «мир -- неделим», -- где все взаимосвязано, где внешнеполитические акции тех или иных стран имеют многочисленные, подчас самые непредвиденные последствия в различных концах света».
Советская идея совместных действий против агрессора, развивавшаяся и совершенствовавшаяся, носила фундаментальный характер и в потенции содержала возможность разгрома фашистского блока в случае его агрессии. Но пока войны еще не было, идею единых действий можно было использовать в качестве фактора сплочения сил для обеспечения мира и безопасности всех народов. Поэтому Советский Союз предлагал охватить системой коллективной безопасности не только крупные европейские державы, но и малые страны континента. Однако советские предложения не были реализованы из-за того, что Англия и Франция отказались «от политики коллективной безопасности, от политики коллективного отпора агрессорам» и перешли «на позицию невмешательства, на позицию «нейтралитета».
В борьбе за коллективный отпор немецко-фашистской агрессии Советский Союз учитывал как острейшие противоречия между империалистическими державами, так и волю народов этих стран к национальной свободе и независимости. Его предложения о заключении эффективного договора о взаимной помощи с Англией и Францией носили реалистический характер. Они в полной мере отвечали коренным интересам этих стран, равно как и малых государств Европы.
Готовность СССР к обеспечению коллективной безопасности, к ограждению европейских стран от итало-германской фашистской угрозы была доказана не только его честной и последовательной позицией в дипломатических и военных переговорах, но и практическими делами. К таким практическим делам относились защита дела эфиопского народа на международных форумах, оказание помощи республиканской Испании и борющемуся китайскому народу, готовность к оказанию военной помощи Чехословакии, совместный с МНР отпор японским захватчикам. Не было еще в истории примера столь великодушной и щедрой поддержки могучей державой справедливого дела всех народов -- и малых и больших. В этой поддержке наглядно проявлялась великая сила интернационализма Советского Союза -- страны социализма. Прямым продолжением предвоенных дел советского народа явилась его освободительная миссия во второй мировой войне.
В ряде случаев Советский Союз проявлял большую озабоченность сохранением независимости европейских стран, нежели их реакционные правительства. Характерно в этом отношении заявление народного комиссара иностранных дел посланнику Латвии в СССР от 28 марта 1939 г., в котором говорилось: «...какие бы то ни было соглашения, добровольные или заключенные под внешним давлением, которые имели бы своим результатом хотя бы умаление или ограничение независимости и самостоятельности Латвийской Республики, допущение в ней политического, экономического или иного господства третьего государства, предоставление ему каких-либо исключительных прав и привилегий, как на территории Латвии, так и в ее портах, признавались бы Советским правительством нетерпимыми... Настоящее заявление делается в духе искренней благожелательности к латвийскому народу с целью укрепления в нем чувства безопасности и уверенности в готовности Советского Союза на деле доказать, в случае надобности, его заинтересованность в целостном сохранении Латвийской Республикой ее самостоятельного государственного существования и политической и экономической независимости...».
Упорное нежелание правительств Англии и Франции включить прибалтийские страны в общую систему коллективной безопасности в Европе имело совершенно определенный смысл -- оставить открытыми ворота с северо-запада для вторжения гитлеровской Германии на территорию Советского Союза. Усиленно велась подготовка к использованию Финляндии для войны против СССР. На средства Англии, Франции, Швеции, США и Германии на Карельском перешейке велось военное строительство под руководством крупнейших специалистов этих стран. Правители Финляндии широко и охотно сотрудничали с гитлеровцами.
Военные приготовления Финляндии, ее антисоветский курс во внешней и внутренней политике создавали опасность, как для СССР, так и для самой Финляндии. Вот почему 14 апреля 1938 г. посольство СССР в Хельсинки заявило финскому правительству о настоятельной необходимости улучшения советско-финляндских отношений и принятии мер, которые укрепили бы безопасность как Советского Союза, так и Финляндии. Советское правительство предложило заключить договор о взаимопомощи, по которому СССР окажет помощь Финляндии в любом случае нападения Германии на нее, а Финляндия окажет помощь Советскому Союзу в том случае, если нападение Германии на него будет осуществлено с использованием территории Финляндии.
В ходе переговоров, продолжавшихся до апреля 1939 г., Советское правительство выдвигало предложение гарантировать неприкосновенность Финляндии. Но эти предложения были отклонены правительством Финляндии. О его несерьезном к ним отношении свидетельствует тот факт, что правительство даже не поставило в известность парламент о состоявшихся переговорах. Однако оно немедленно подробно информировало о них гитлеровское правительство.
Антисоветский курс правительства Финляндии был использован Англией и Францией для срыва усилий СССР по созданию системы коллективной безопасности. Во время англо-франко-советских переговоров летом 1939 г. Англия и Франция сначала отказались предоставить гарантии прибалтийским странам и Финляндии, а затем выступили против распространения гарантий в отношении этих стран на случай косвенной агрессии против них. Это сыграло свою роль в решении финского правительства взять курс на сближение с Германией. Вот почему это правительство сообщило 20 июля 1939 г., что оно отказывается от всякого сотрудничества с Советским Союзом на случай агрессии со стороны Германии против Финляндии и будет рассматривать любую его помощь как агрессию. Правительства Англии и Франции, опираясь на это заявление, нагромождали трудности в переговорах с СССР.
Прогрессивные представители финского общества призывали правительство принять меры к обеспечению безопасности Финляндии, одобрить коллективные гарантии СССР, Англии и Франции, в которых народы Финляндии, Эстонии и Латвии «особенно заинтересованы в целях обеспечения своей независимости, что может быть достигнуто на основе принципа коллективной безопасности...».
Трезво мыслящие финские политики делали правильный вывод: для Финляндии создавалась непосредственная угроза потери независимости. Но для финской реакции это представлялось «меньшим злом» по сравнению с мнимой «угрозой с Востока». Усилия СССР, направленные на предоставление Финляндии коллективной гарантии против фашистской агрессии, не увенчались успехом. И в этом повинна не только финская реакция, но и правящие круги Англии и Франции, действовавшие заодно с ней против советских предложений.
Своеобразной формой борьбы за отпор фашистской агрессии на севере Европы была борьба СССР за строгое проведение Швецией политики нейтралитета. Советское правительство учитывало, что Германия планировала поработить и шведский народ. Советские представители убеждали шведских политических лидеров в необходимости укреплять Лигу наций как инструмент мира, повышать ее эффективность. Но их убедительные доводы, выражавшие озабоченность Советского Союза судьбой Швеции (как и других северных стран), влияли лишь частично. Правительство Швеции возлагало свои надежды сначала на Англию, затем на Германию.
Когда же летом 1939 г. в Москве начались переговоры военных миссий трех стран -- СССР, Англии и Франции, -- в шведской внешней политике усилились антисоветские тенденции. Правящие круги Швеции с враждебных позиций рассматривали вопросы о предоставлении гарантий против гитлеровской агрессии прибалтийским странам, особенно Финляндии, называя такие предложения «смертью для нейтралитета» северных стран.
Ключевой проблемой в обеспечении безопасности Центральной и Восточной Европы являлось приобщение Польши к организации коллективного отпора агрессору. В своих взаимоотношениях с Польшей СССР руководствовался основополагающим указанием В.И. Ленина беречь свободу и независимость Польши, быть постоянно в мире с ней. Советское государство стремилось к созданию сильной, демократической, миролюбивой и процветающей Польши.
Польская реакция, вступившая в преступный союз с гитлеровской Германией, стала неизменным противником коллективной безопасности. Она утверждала, что Германия -- друг Польши, а СССР -- ее враг, что коллективная безопасность чужда интересам Польши.
В апреле 1939 г. правительство Польши заявило: «Идея многосторонних конференций потерпела уже в Европе неудачу».
18 апреля советник польского посольства в Лондоне заявил временному поверенному в делах Германии в Англии Т. Кордту, что Польша вместе с Румынией «постоянно отказываются принять любое предложение Советской России об оказании помощи. Германия... может быть уверена в том, что Польша никогда не позволит вступить на свою территорию ни одному солдату Советской России...». «Польша тем самым, -- констатировал гитлеровский дипломат, -- вновь доказывает, что она является европейским барьером против большевизма».
В кульминационный момент борьбы СССР за спасение Европы (в том числе и Польши) от гитлеровской агрессии -- во время тройственных московских переговоров -- польское правительство, нарочито тенденциозно освещая их ход, не переставало твердить о своем постоянном возражении против «фактического военного сотрудничества с СССР». 20 августа 1939 г. министр иностранных дел Бек телеграфировал польскому послу во Франции Лукасевичу, что в связи с постановкой вопроса о предоставлении возможности прохода советским войскам через территорию Польши для обеспечения ее безопасности от германской агрессии, он заявил: «Польшу с Советами не связывают никакие военные договоры, и польское правительство такой договор заключать не намеревается».
Советский Союз большое значение придавал политике Румынии, тесно связанной с Польшей союзными узами. Правящие круги Румынии вопреки национальным интересам страны все предвоенные годы придерживались антисоветского курса.
Прогерманские круги румынской буржуазии резко протестовали против самой идеи пакта о взаимопомощи с Советской Россией, который, по их словам, «превратит Румынию в авангард большевистских армий со всеми вытекающими последствиями».
Отказ румынских правящих кругов от сотрудничества с Советским Союзом и участия в создании системы коллективной безопасности имел своим логическим следствием последующее включение Румынии в гитлеровский блок.
Венгерская реакция также встала на путь союза с Германией. Это был губительный путь. Об этом предупреждала компартия Венгрии, выражавшая коренные интересы своего народа. Она призывала к созданию оборонительного союза государств Европы против германского империализма и его захватнических вожделений, к заключению договора о взаимопомощи или о ненападении с Советским Союзом. Компартия заявляла, что «самым лучшим средством защиты страны является заключение пакта о ненападении с Советским Союзом, который готов заключить такой пакт с любой страной, не выдвигая при этом никаких особых условий. В противоположность нацистской Германии, Советский Союз еще никогда не нарушал взятых на себя обязательств!».
Нарком иностранных дел СССР убеждал венгерского посланника в Москве, что потворство политике Германии будет иметь для Венгрии пагубные последствия. В сообщении посланника своему правительству от 26 марта 1938 г. предостережения Литвинова передавались следующим образом: «Политическая и экономическая самостоятельность Венгрии и других стран Дунайского бассейна будет ущемлена в результате натиска германского рейха и колоссального перевеса сил на его стороне. Если они не смогут оказать должного сопротивления, то, по мнению Литвинова, лишатся своей независимости. Большим странам, добавил он, следовало бы при сложившихся новых обстоятельствах оказать этим государствам материальную и политическую помощь в целях обеспечения их независимости. Говоря о венгеро-советских отношениях, он заявил: «Происшедшие изменения не отразятся на наших отношениях с Венгрией, даже наоборот, мы еще в большей степени заинтересованы в сохранении независимости Венгрии». В ходе беседы он дважды повторил это заявление».
Венгерский посланник в Москве сообщал в Будапешт о том внимании, которое Москва уделяет Венгрии, стараясь не допустить и «избежать всего, что может вызвать неудовольствие Венгрии и тем самым окончательно толкнуть ее в объятия Германии». Посланник говорил о том, что в Москве «внимание Венгрии неоднократно обращалось на необходимость соглашения и сплочения с соседними государствами» и выдвигалась идея «о том, что Малая Антанта, и в первую очередь Чехословакия, должна заручиться дружбой Венгрии».
Из этих документов видно, с каким упорством и огромной доброй волей Советский Союз старался не допустить сближения Венгрии с гитлеровской Германией, приобщить ее к совместным усилиям миролюбивых сил против агрессии, за мир в Европе.
Венгерская реакция, пренебрегая предупреждениями Советского Союза, присоединилась к немецким фашистам. Правительство СССР предостерегало царское правительство Болгарии от втягивания страны в агрессивную политику Германии, доказывая, что единственное спасение Болгарии -- в организации сопротивления фашистской агрессии на Балканах, в дружбе с СССР.
Народ Болгарии душой и сердцем был с Советским Союзом. Это не являлось секретом даже для зарубежных деятелей. Один из английских реакционных журналистов был вынужден признать: «... известно, что политика, направленная на дружбу с Советами, встретит сердечную поддержку подавляющего большинства болгарского народа. Полагают, что 75 процентов болгарского населения проголосовало бы за Советы, если потребуется выбирать между ними и державами оси». Однако тогдашнее болгарское правительство не считалось с волей народа.
Безопасность южных границ СССР во многом зависела от позиции Турции. Ей отводилось видное место в планах как англо-французского блока, так и гитлеровской Германии. Обе империалистические коалиции стремились использовать выгодное стратегическое положение Турции и ее географическую близость к Советскому Союзу.
Турецкие правящие круги балансировали между обеими враждебными группировками, придерживаясь на первых порах англо-французской ориентации.
Советское правительство учитывало, что Турция может превратиться в антисоветский военный плацдарм, и принимало меры против такого развития событий. Важным шагом в этом направлении была телеграмма главы Советского правительства от 15 апреля 1939 г. советскому представителю в Анкаре, обязывавшая его передать лично президенту Иненю следующее: «Мы думаем, что в связи со складывающейся новой ситуацией в районах Балкан и Черного моря было бы целесообразно устроить взаимную консультацию представителей Турции и СССР и наметить возможные меры защиты от агрессии. Если турецкое правительство также находит целесообразной эту акцию, следовало бы установить место и срок встречи представителей. Мы со своей стороны предложили бы Тбилиси или Батуми».
По просьбе турецкого правительства такая консультация состоялась в Анкаре, куда 28 апреля прибыл заместитель наркома иностранных дел СССР В. П. Потемкин. В ходе переговоров с президентом Турции И. Иненю и министром иностранных дел Ш. Сараджоглу Потемкин предложил заключить советско-турецкий пакт о взаимной помощи в рамках общего фронта против фашистской агрессии.
Однако турецкие правящие круги, следуя англо-франко-американской политике саботажа соглашений с СССР, не дали тогда определенного ответа на советские предложения. Поездка Потемкина в Анкару с информационными целями все же имела важное значение. Она помогла противодействовать усилившимся в то время проискам гитлеровцев в Турции.
Таким образом, Советский Союз сделал все возможное, чтобы спасти европейские страны от агрессии фашистских государств, от мировой войны. Заключение системы соответствующих договоров о взаимной помощи было важной частью генерального плана советской внешней политики. И только преднамеренный и совершенно определенный отказ правительств Англии и Франции от коллективного спасения мира, их навязчивое стремление направить немецко-фашистскую агрессию против СССР заставили Советское правительство вопреки своему генеральному внешнеполитическому плану искать другие возможности, чтобы выиграть время.
Франция в свою очередь стремилась сохранять и укреплять свое влияние в Европе за счет создания общеевропейской системы безопасности. Конечно, такая позиция не встретила необходимой поддержки со стороны великих держав, которые наоборот, усилили сопротивление. Италия стремилась развивать отношения с Великобританией. Однако усиление позиций Италии В Восточном Средиземноморье привело к ухудшению итало-английских отношений и ее сближению с Германией.
Фашистского блока
Международная обстановка в 30-е годы ХХ в. и формирование
Войны
Лекция 2 Международное положение накануне Второй мировой
1 Международная обстановка в 30-е годы ХХ в. и формирование фашистского блока.
2 Попытка создания системы коллективной безопасности в Европе.
3 Советско-германские отношения и заключение пакта о ненападении.
Политическая жизнь в предвоенной Европе характеризовалась противоречивостью интересов крупнейших стран. Великобритания стремилась сохранить роль политического центра мира и верховного арбитра в европейских делах. Для этого она ограничивала влияние Франции в Европе путем постоянных уступок Германии, что неизбежно приводило к пересмотру Версальско-Вашингтонской системы.
Возрастал авторитет и влияние в международных делах Советского Союза. В 1924 году он наладил дипломатические связи с Францией, Италией, Австрией, Норвегией, Швецией, Данией, Грецией. Международное признание было завершено установлением в 1925 году дипломатических отношений СССР с Японией, в 1933 г. - с США и принятием в 1934 году Советской страны в Лигу Наций. Усилия Советского Союза направлялись на равноправное участие стран в международной жизни, сохранение и поддержание мир.
Япония стремилась к усилению своего влияния на Дальнем Востоке. Основной целью Германии была ревизия Версальско-Вашингтонской системы, а в перспективе и глобальная смена системы международных отношений того времени
Гарантией силы Версальско-Вашингтонской системы могли бы стать согласованные действия в Великобритании, Франции, США и СССР. Однако США мало интересовали политические проблемы Европы, а Великобритания и Франция по-разному видели перспективу европейского порядка и стремились всяческим ограничивать международное влияние Советского Союза. Необходимо добавить, что искусственное сохранение политической ситуации в Европе, которая характеризовалась разделением на побежденных и победителей, объективно порождало и поддерживало в общественной жизни побежденных стран реваншистские настроения.
Создание блока агрессивных государств. Германское руководство постоянно стремилось укрепить военно-политическое сотрудничество с наиболее агрессивными государствами. 24 октября 1936 г. было подписано соглашение о создании «Оси Берлин-Рим», в соответствии с которым Германия и Италия обещали проводить общую линию относительно войны в Испании. 25 ноября 1936 г. Германия и Япония заключили так называемый «Антикоминтерновский пакт», к которому через год присоединилась Италия. В сентябре 1940 г. Германия, Италия и Япония заключили в Берлине военно-политический и экономический союз – «Тройственный пакт», согласно которому была создана «Ось Берлин – Рим – Токио». Это привело к разделению сфер влияния в Европе, Азии и Африке
Первым агрессивным актом гитлеровской политики явился аншлюс Австрии. Под лозунгом объединения земель, населенных немцами, 12 марта 1938 г. 2000-тысячное германское войско без сопротивления захватило Австрию, а 13 марта было объявлено о ее «воссоединении» с Германией
Агрессивную внешнюю политику в 1935- 1939 гг. проводила и фашистская Италия, взявшая курс на создание колониальной империи в Африке и в бассейне Средиземного моря. Хорошо вооруженная итальянская армия вторглась в октябре 1935 г. в Абиссинию (Эфиопию). В мае 1936 г. агрессоры захватили столицу страны – Аддис-Абебу. Абиссиния была объявлена колонией Италии. В апреле 1939 г. итальянские фашисты вторглись в Албанию.
На Дальнем Востоке борьбу за территориальный передел вела Япония, которая стремилась установить свое господство в Китае и в бассейне Тихого океана. Еще в сентябре 1931 г. японские войска оккупировали Маньчжурию и создали марионеточное государство – Маньчжоу -го. В 1937 г. японские агрессоры развернули широкомасштабные военные действия в Центральном Китае. Они захватили огромную территорию с богатыми природными ресурсами. В июле- августе 1938 г. японцы начали наступление у озера Хасан, а через год. В мае – сентябре 1939г., развязали военный конфликт в районе реки Халхин-Гол.
Это была попытка создания плацдарма для агрессии против СССР. Войска Красной Армии дали достойный отпор агрессору.
В Европе германские агрессоры спланировали захват Чехословакии. Формальной зацепкой явилось положение немецкого национального меньшинства в Судетской области.
Великобритания и Франция потребовали от правительства Чехословакии принять германские условия, а 29-30 сентября 1938 года в Мюнхене состоялась конференция-сговор, которая и решила судьбы этой страны.
Судеты передавали Германии, Тешинскую область – Польше. В марте 1939 г. А. Гитлер окончательно поделил Чехословакию на вассальные территории (Богемия, Моравия, Словакия).
Нацистская Германия стремилась к расширению своей территории.
В марте 1939 г. немецкая сторона сделала «предложения» польскому правительству по решению территориальных споров. В результате город Данциг был включен в состав «рейха». В конце апреля 1939 г. Германия приняла меморандум, в котором высказывалось недовольство решением Польши отклонить предложения по территориальному устройству. Берлин аннулировал германско-польскую декларацию от 1934 года, что привело к усилению напряжения между этими странами.
В 1930-е гг. политическую активность на международной арене развернуло и советское руководство. Так, по инициативе СССР в мае 1935 г. были подписаны советско-французский и советско-чехословацкий пакты о взаимопомощи против агрессии. Это могло бы стать серьезным шагом в направлении сдерживания агрессивной политики гитлеровской Германии и ее союзников и послужить основой создания системы коллективной безопасности в Европе.Советский Союз решительно осуждал агрессивные действия Германии и предлагал провести международную конференцию для организации системы коллективной безопасности и защиты независимости стран, которым угрожала агрессия. Однако правящие круги западных государств не высказали необходимой заинтересованности в ее создании.
В 1939 г. СССР продолжал активные шаги, чтобы побудить правительства Великобритании и Франции к созданию системы коллективной безопасности в Европе. Советское правительство выступило с конкретным предложением о заключении между СССР, Великобританией и Францией договора о взаимной помощи в случае агрессии против любой из стран-участниц соглашения. Летом 1939 года в Москве проходили трехсторонние переговоры о создании системы коллективной безопасности.
К концу июля на переговорах был все же достигнут определенный прогресс: стороны согласились на одновременное подписание политического и военного соглашения (ранее Англия предлагала подписать сначала политический договор, а затем вести переговоры о заключении военной конвенции).
12 августа начались переговоры военных миссий. От Советского Союза их вел нарком обороны К.Е. Ворошилов, от Англии – адмирал Дракс, от Франции – генерал Думенк. Правительство Англии и Франции невысоко оценивали Красную армию и считали ее неспособной на активные наступательные действия. В связи с этим они не верили в эффективность союза с СССР. Обе западные делегации получили инструкции максимально затягивать переговоры, рассчитывая, что сам факт их проведения окажет психологическое воздействие на Гитлера.
Главным камнем преткновения на переговорах стал вопрос о согласии Польши и Румынии на проход советских войск через их территорию в случае войны (СССР не имел общей границы с Германией). Поляки и румыны категорически отказывались согласиться на это, боясь советской оккупации.
Только 23 августа польское правительство несколько смягчило свою позицию. Таким образом, возможность добиться от Польши согласия на пропуск советских войск через ее территорию не была еще утрачена безвозвратно. Ясно также, что поляки постепенно склонялись к уступкам под давлением западной дипломатии. При наличии доброй воли переговоры, вероятно, еще можно было довести до успешного завершения. Однако взаимное недоверие сторон уничтожило такую возможность.
Английская и французская военные миссии не были наделены полномочиями принимать решения. Для советского руководства стало очевидным, что руководство западных государств не желает быстрого достижения позитивных результатов. Переговоры зашли в тупик.
3 Советско-германские отношения и заключение пакта о ненападении Позиция Запада, постоянно шедшего на уступки Германии и отвергавшего союз с СССР, вызывала в Кремле сильнейшее раздражение с середины 1930-х гг. Особенно оно усилилось в связи с заключением Мюнхенского соглашения, которое в Москве расценили как сговор, направленный не только против Чехословакии, но и против Советского Союза, к границам которого приблизилась германская угроза.
С осени 1938 г. Германия и СССР стали постепенно налаживать контакты в целях развития торговли между двумя странами. Правда, реального соглашения тогда достичь не удалось, поскольку у Германии, вставшей на путь ускоренной милитаризации, не было достаточного количества товаров, которые могли бы поставляться в СССР в обмен на сырье и топливо.
Тем не менее Сталин, выступая в марте 1939 г. на ХVШ съезде ВКП(б), дал понять, что новое сближение с Берлином не исключено. Цели внешней политики СССР Сталин сформулировал так:
1 Проводить и впредь политику мира и укрепления деловых связей со всеми странами;
2 Не давать втянуть в конфликты нашу страну провокаторам войны, привыкшим загребать жар чужими руками.
В такой сложной ситуации СССР вынужден был идти на переговоры с гитлеровской Германией. Необходимо отметить, что инициатива заключения германо-советского пакта принадлежала германской стороне. Так, 20 августа 1939 г. А. Гитлер прислал телеграмму И.В. Сталину, в которой предлагал заключить договор о ненападении: « …Я еще раз предлагаю Вам принять моего министра иностранных дел во вторник 22 августа, самое позднее – в среду 23 августа. Имперский министр иностранных дел будет наделен всеми необходимыми полномочиями для составления и подписания пакта о ненападении».
Согласие было получено 23 августа 1939 г. министр иностранных дел И. Риббентроп прилетел в Москву. После переговоров вечером 23 августа 1939 г. был подписан германо-советский договор о ненападении (Пакт Риббентропа-Молотова) сроком на 10 лет. Одновременно был подписан «секретный дополнительный протокол».
Как видно, в августе 1939 г. положение в Европе достигло высочайшего напряжения. Гитлеровская Германия не скрывала своего намерения приступить к военным действиям против Польши. После подписания германо-советского договора СССР не мог коренным образом повлиять на агрессивные действия берлинских властей.
Лекция 3 Начало Второй мировой войны и события в Беларуси
1 Развязывание войны, ее причины и характер.
2 Присоединение Западной Беларуси к БССР.
3 Подготовка Германией войны против СССР. План «Барбаросса».
После окончания Первой Мировой Войны вопросы мирного сосуществования беспокоили множество стран, в первую очередь, европейские державы, которые понесли в результате войны неисчисляемые жертвы и убытки. С целью предотвращения угрозы новой подобной войны и создания системы международного права, регулирующей отношения между государствами на
принципиально ином уровне, нежели это было раньше, и была создана первая в истории Европы международная организация - Лига Наций.
В начале 1930-х гг. СССР не состоял членом Лиги и не имел никаких оснований доверять объективности Совета Лиги в случае того или иного конфликта между СССР и какой-либо другой страной. Исходя из этих соображений, уже в этот период Советский Союз выдвигает ряду европейских государств предложения заключения договоров о ненападении, с целью
«укрепления дела мира и отношений между странами» в условиях «переживаемого ныне глубокого мирового кризиса».
Впервые советская делегация подняла вопрос о необходимости заключения специальной конвенции по определению нападающей стороны на конференции по разоружению в декабре 1932 года. 6 февраля 1933 г. советский проект конвенции был формально внесен в Бюро конференции.
Однако в это время происходит все большее дестабилизация обстановки и рост агрессивных тенденций в международных отношениях. Совсем немного времени требуется, чтобы в Италии и Германии установились тоталитарные фашистские режимы. В этих условиях особую актуальность приобретает тема создания новой системы международной безопасности, которая смогла бы предотвратить уже довольно реальную угрозу войны.
Впервые предложение о необходимости борьбы за коллективную безопасность было выдвинуто в постановлении ЦК ВКП (б) в декабре 1933 года. Проект коллективной безопасности основывался на равенстве всех участников предполагаемого регионального договора и на универсализме, состоящем в том, что в создаваемую систему включались все без исключения государства охватываемого региона. Участники пакта должны были пользоваться равными правами и гарантиями, при этом отвергалась идея какого-либо противопоставления одних стран другим, исключение кого-либо из системы коллективной безопасности или получение кем-либо из стран-участников преимуществ по сравнению с другими государствами за их счет.
Таким образом, период 1933–1938 гг. прошел под знаком стремления Советского Союза реализовать в целом или по отдельным элементам систему коллективной безопасности, чтобы помешать возникновению войны.
Политика умиротворения фашистского правительства стран-агрессоров, проводившаяся правительствами Англии и Франции, их опасения и нежелание идти на соглашение со страной, основанной на принципиально иной системе государственного устройства, атмосфера взаимного подозрения и недоверия привели к неудаче планов создания системы коллективной безопасности в Европе. В итоге фашистская Германия вместе со своими союзниками ввергла мир в страшную и опустошительную Вторую Мировую Войну.
В целом, предложения о создании системы коллективной безопасности представляли собой значительный вклад в разработку теории и в утверждение на практике принципов мирного сосуществования, ибо сама суть коллективной безопасности обусловлена и определена принципами мирного сосуществования, предполагает коллективное сотрудничество государств с различным общественным строем во имя предотвращения войны и сохранения мира.
Выработка и принятие совместных коллективных мер по обеспечению безопасности оказалась значительно более глубоким и сложным элементом мирного сосуществования, чем установление дипломатических отношений между странами с различными социальными системами и даже развитие между ними торговых и экономических связей.
20. Основные этапы формирования блока агрессивных государств. Ось «Берлин-Рим-Токио».
Поддержка франкистов была первым случаем партнерства Италии с Германией. Оно способствовало их сближению. Однако полное примирение было невозможно в отрыве от компромисса по вопросу об Австрии. Ситуация упростилась, когда в июле 1936 г. Германия и Австрия подписали договор, в соответствии с которым Берлин обещал уважать суверенитет Австрии, а австрийское правительство подтвердило, что Австрия признает себя немецким государством. Итальянское правительство выразило удовлетворение найденной формулой. Германо-австрийское соглашение устранило важное препятствие для итало-германского сближения.
Через два дня после отказа СССР соблюдать эмбарго на поставки оружия мадридскому правительству, 25 октября 1936 г., в Берлин прибыл зять Муссолини граф Галеаццо Чиано, только что назначенный министром иностранных дел. В тот же день был подписан германо-итальянский протокол о взаимопонимании. Германия признала существующее положение в Эфиопии, стороны оговорили линии разграничения их экономических интересов в бассейне Дуная, и, самое главное, Германия и Италия договорились о проведении согласованной линии в испанском вопросе - по сути дела, речь шла о согласованном военном вмешательстве. Берлинский протокол оформил партнерские отношения между Германией и Италией без установления между ними формального союза. Была создана "ось Берлин - Рим".
В ноябре 1936 г. в Испанию стали прибывать итальянские и немецкие воинские контингенты. Это были не регулярные войска, а так называемые легионеры. Одновременно для оказания помощи мадридскому правительству из числа сочувствовавших ему добровольцев разных национальностей были сформированы интербригады, которые также приняли участие в гражданской войне.
В ноябре 1936 г. Германия и Италия, а в декабре - Япония признали правительство Франко Испанский государственный деятель). С появлением в Испании итальянских и немецких солдат соотношение сил стало меняться в пользу франкистов. Ни СССР, ни евроатлантические державы не были готовы пойти на риск противодействия итало-германской интервенции силой. К концу 1937 г. Франко имел явное военное преобладание. Республиканские силы продолжали сопротивление. Но они были расколоты. В Мадриде ситуацию удерживали коммунисты, которым помогал СССР. В Барселоне и во всей Каталонии франкистов сдерживали анархисты и троцкисты, которые сами призывали к свержению правительства в Мадриде. В марте 1939 г. антифранкистские силы потерпели в Испании окончательное поражение. В стране была восстановлена диктатура.
Стра́ны наци́стского бло́ка, страны (державы) «оси́», гитлеровская коалиция -агрессивный военный союз Германии, Италии, Японии и других государств, которому противостояли во время Второй мировой войны страны антигитлеровской коалиции.
Союз стран «оси» первоначально был основан на германо-японо-итало-испанском Антикоминтерновском пакте и германо-итальянском «Стальном пакте», а полностью оформился 27 сентября 1940 года, когда Германия, Италия и Япония подписали Тройственный пакт о разграничении зон влияния при установлении «нового порядка» и военной взаимопомощи.
Это союз перед 2-й мировой войной фашистской Италии с нацистской Германией, к которому впоследствии присоединилась и милитаристская Япония. Был создан в противовес советскому Коминтерну, который стремился разрушить изнутри посредством подрывной деятельности компартий капиталистические страны.
21. Развитие германской агрессии в Европе и политика «умиротворения» Германии. Аншлюс Австрии. Мюнхенский сговор и его последствия.
Германия начала подготовку войны сразу же после прихода Гитлера к власти. Гитлеровский режим был создан германскими монополистическими кругами с полного одобрения правящего лагеря Англии, Франции и Соединённых Штатов.
Известно, что послеверсальский период ознаменовался для Германии целой системой мероприятий, направленных на восстановление германской тяжёлой индустрии, в частности, германского военно-промышленного потенциала. Громадную роль в этом деле сыграл так называемый репарационный план Дауэса для Германии, при помощи которого США и Англия рассчитывали поставить германскую промышленность зависимость от американских и британских монополий. План Дауэса расчистил путь для усиленного притока и внедрения в германскую промышленность иностранного, преимущественно американского, капитала.
Первой и важнейшей предпосылкой гитлеровской агрессии было возрождение и обновление тяжёлой промышленности и военной индустрии Германии, что стало возможным лишь в силу прямой и широкой финансовой поддержки правящих кругов Соединённых Штатов Америки.
Другим решающим обстоятельством, содействовавшим развязыванию гитлеровской агрессии, явилась политика правящих кругов Англии и Франции, которая известна как политика «умиротворения» гитлеровской Германии, политика отказа от коллективной безопасности. Именно эта политика англо - французских правящих кругов, которая выражалась в отказе от коллективной безопасности, в отказе от отпора немецкой агрессии, в потакании агрессивным требованиям гитлеровской Германии, - привела ко второй мировой войне.
Уже вскоре после прихода Гитлера к власти, в результате усилий английского и французского Правительств, в 1933 году был в Риме подписан «Пакт согласия и сотрудничества» четырёх держав - Великобритании, Германии, Франции и Италии. Этот пакт означал сговор английского и французского Правительств с германским и итальянским фашизмом, уже тогда не скрывавшим своих агрессивных намерений. Вместе с тем этот пакт с фашистскими государствами означал отказ от политики укрепления единого фронта миролюбивых держав против агрессивных государств. Сговариваясь с Германией и Италией, в обход остальных держав - участниц происходившей тогда конференции по разоружению, обсуждавшей советское предложение заключить пакт о ненападении и пакт об определении нападающей стороны, - Великобритания и Франция нанесли удар по делу обеспечения мира и безопасности народов.
Вслед за тем в 1934 году Англия и Франция помогли Гитлеру использовать враждебную позицию союзной с ними панской Польши в отношении СССР, в результате чего был заключен германо-польский пакт о ненападении, явившийся одним из серьёзных этапов в подготовке немецкой агрессии. Этот пакт нужен был Гитлеру для того, чтобы расстроить ряды сторонников коллективной безопасности и показать на этом примере, что Европа нуждается не в коллективной безопасности, а в двухсторонних соглашениях. Это давало возможность немецкой агрессии самой решать, с кем и когда заключать соглашение, на кого и когда произвести нападение. Несомненно, что немецко-польский пакт был первой серьёзной брешью в здании коллективной безопасности.
Осмелев, Гитлер принял ряд мер к открытому восстановлению вооружённых сил Германии, что не вызвало никакого противодействия со стороны английских и французских правителей.
Советский Союз делал всё, что было возможно, чтобы преградить путь фашистским агрессорам. Советский Союз выступил инициатором и поборником коллективной безопасности.
А́ншлюс (нем. Anschluss (инф.) - присоединение, союз) - включение Австрии в состав Германии, состоявшееся 12-13 марта 1938 года. Независимость Австрии была восстановлена в апреле 1945 года, после её занятия союзными войсками в ходе Второй мировой войны, и узаконена Государственным договором 1955 года, запрещающим аншлюс.
Гитлер решил действовать. Он начал с Австрии. Этнически и культурно близкая Германии, независимая Австрия казалась фюреру, родившемуся и проведшему там юность, неотъемлемой частью Великой Германии. Нацистское движение в Австрии процветало, и это гарантировало простоту перенесения германских порядков на австрийскую почву. Уже в секретном приложении к германо-австрийскому соглашению от 11 июля 1936 г. австрийский канцлер Курт фон Шушниг согласился на уступки нацистскому движению в Австрии, хотя формально Германия и обязалась не вмешиваться в дела Австрии.
Гитлер потребовал, чтобы Шушниг немедленно подписал новое соглашение с Германией. На двух страницах документа, предложенного Шушнигу, Австрии предписывалось снять запрет на деятельность австрийской нацистской партии, амнистировать заключенных в тюрьмы нацистов (которые в значительной части были арестованы за террористическую деятельность), назначить одного из лидеров австрийских нацистов Зейс-Инкварта министром внутренних дел, а другого нациста, Глейс-Хорстенау, военным министром. Это было не соглашение, а ультиматум, и он, по сути, означал нацификацию Австрии и ее неминуемое и скорое поглощение рейхом.
Под нажимом Гитлера, Риббентропа и посла Германии в Вене Франца фон Папена Шушниг сдался. Он сделал только одну оговорку: по австрийской конституции лишь президент республики мог одобрить подобное соглашение. Гитлер, сделав вид, что его терпение иссякло, распахнул двери и крикнул: "Генерал Кейтель!" (Вильгельм Кейтель был начальником генерального штаба германских войск). Подмигнув Кейтелю и покинув Шушнига, подозревающего, что его ждет расстрел, на тридцать минут, Гитлер снова призвал австрийского канцлера и сказал, что он готов на единственную уступку - отсрочить исполнение "соглашения" на три дня. Смертный приговор Австрии был подписан.
За этим последовали "четыре недели агонии", продлившиеся до 11 марта, в течение которых нацисты готовились к аншлюсу при слабых усилиях австрийских социал-демократов противостоять ему. 11 марта под угрозой военного вторжения Германии Шушниг подал в отставку. Берлин (операцией руководил Герман Геринг) предъявил австрийскому президенту Микласу ультиматум: назначить Зейс-Инкварта канцлером или германские войска войдут в Австрию. Зейс-Инкварт, "глава временного правительства" Австрии, под диктовку из Берлина послал в Берлин же отчаянную телеграмму с просьбой послать германские войска в Австрию для предотвращения кровопролития. Уже 12 марта Гитлер был в австрийском Линце (где он провел школьные годы), а 13 марта 1938 г. подписал документ о полном аншлюсе Австрии. Австрия становилась "провинцией германского рейха".
Мюнхенский сговор . С весны 1938 г. гитлеровцы открыли кампанию неслыханного шантажа и провокаций против Чехословакии, требуя передачи Германии исконных чешских земель. Правящие круги Запада «оглашались с гитлеровцами, они решили предать Чехословакию в интересах развязывания войны между Германией и СССР. В этих условиях Чехословакию могла спасти только помощь с Востока. Но чешская буржуазия шла на неслыханное национальное предательство: президент Бенеш 16 декабря 1937 г. заверил германского посланника в Праге, что договор о взаимопомощи с СССР является «продуктом минувшей эпохи, но его нельзя так просто выбросить в корзину».
Между тем Советское правительство в этот критический для Чехословакии период твердо заявило о своей готовности прийти к ней на помощь.
Вся международная реакция не хотела войны в защиту Чехословакии, в которой неизбежно принял бы участие Советский Союз. По словам доверенного советника Н. Чемберлена, Г. Вильсона, «прибыль от этого получил бы только большевизм. Этому следует помешать. Необходимо признать право немцев на экспансию на Юго-Восток».
29 - 30 сентября 1938 г. в Мюнхене состоялось совещание глав правительств Англии, Франции, Германии и Италии, созванное при активной поддержке США. Представители Чехословакии и СССР были устранены от участия в совещании. На нем была решена судьба Чехословакии. Германии в десятидневный срок передавалась Судетская область, в ближайшее время некоторые районы были захвачены Польшей и Венгрией.
30 сентября между Великобританией и Германией была подписана декларация о взаимном ненападении; схожая декларация Германии и Франции была подписана чуть позже.
22. Политический кризис в Европе 1939 года. Англо-франко-советские переговоры и причины их провала. Развитие международной ситуации в Европе в конце 30-х годов неумолимо вело к новому вооруженному столкновению между великими державами. К концу 1938 г. Версальская система в Европе практически прекратила свое существование, а Мюнхенское соглашение значительно усилило Германию. В этих условиях германское руководство поставило перед собой новую внешнеполитическую цель - достичь гегемонии в Европе, закрепив за собой роль великой мировой державы. В результате захватнических действий Германии и Италии в марте-апреле 1939 г. в Европе начался предвоенный политический кризис - период непосредственной расстановки военно-политических сил в предвидении вероятной войны.
Хотя Мюнхенское соглашение создало новую политическую обстановку в Европе, оно рассматривалось всеми великими державами как очередной этап их взаимоотношений. Ситуация осени 1938 - лета 1939 гг. в Европе представляла собой запутанный клубок дипломатической деятельности великих держав, каждая из которых стремилась к достижению собственных целей.
Германия пока не ставила своей целью войну с СССР, а, готовясь к захвату Чехо-Словакии, была заинтересована в нейтрализации Польши и невмешательстве Англии и Франции. С этой целью германия предложила Польше урегулировать проблемы Данцига и "польского коридора" на основе сотрудничества в рамках Антикоминтерновского пакта. Польское руководство было согласно на определенные уступки в вопросе о Данциге лишь в обмен на ответные шаги Германии. Неуступчивость Польши привела к тому, что германское руководство стало склоняться к мысли о необходимости военного решения польской проблемы в определенных условиях.
Англо-германские и франко-германские отношения были несколько омрачены ноябрьскими еврейскими погромами в Германии и появившимися в январе 1939 г. слухами о подготовке германского удара по Голландии. Все это вынуждало Англию и Францию координировать свою политику, ускорить модернизацию своих вооруженных сил, поддерживать контакты с СССР и одновременно добиваться всеобъемлющего соглашения с Германией в духе Мюнхена.
Германское руководство с осени 1938 г. стало постепенно добиваться нормализации отношений с СССР. 19 декабря 1938 г. без всяких проволочек был продлен на 1939г. советско-германский торговый договор.
В середине марта 1939 г. США, СССР, Англия и Франция располагали сведениями о подготовке Германии к оккупации Чехо-Словакии, но державы - гаранты Мюнхенского соглашения не предусматривали никаких мер противодействия. Кроме того, формально мюнхенские гарантии чехословацких границ действиями Германии нарушены не были. 14 марта Словакия под давлением Германии провозгласила независимость, а президент Чехо-Словакии выехал в Берлин, где в ходе "переговоров" дал согласие на политическое переустройство своей страны. 15 марта германские войска вступили в Чехию, на территории которой был создан Протекторат Богемия и Моравия. Первоначально реакция Англии и Франции была довольно сдержанной, но по мере возбуждения общественного мнения Лондон и Париж ужесточили свою позицию и 18 марта, как и СССР, выразили протест действиями Германии, из Берлина были отозваны "для консультаций" английский и французский послы.
17 апреля 1939 г. советское правительство предложило западным державам заключить тройственный договор о взаимной помощи, основанный на равенстве обязательств, и военную конвенцию.
При этом предусматривалось оказание помощи государствам, расположенным между Балтийским и Черным морями, в случае агрессии против них. Англия, однако, не собиралась заключать договор о взаимопомощи и пыталась заручиться односторонними обязательствами СССР Польше и Румынии. Лишь после подписания Гитлером и Муссолини в мае «Стального пакта» о военно-политическом союзе начались трехсторонние переговоры в Москве.
Переговоры продвигались крайне медленно. Англия и Франция, приняв на словах принцип взаимопомощи, на деле не хотели соблюдения взаимности обязательств. И хотя текст договора к концу июля был в основном выработан, английское правительство дало указание своим дипломатам не допускать достижения договоренности с Москвой. Исходя из узкоэгоистических соображений и недоверия к политике Сталина, оно предпочитало предоставить Германии возможность развивать агрессию на Восток, а тройственными переговорами оказывать давление на Германию и вместе с тем препятствовать советско-германскому сближению. Одновременно с мая 1939 г. Англия вела секретные переговоры с Германией, зондируя почву для сделки о разделе мира на сферы влияния и сотрудничестве на рынках.
В конце июля западные державы приняли советское предложение начать переговоры по военным вопросам, но оперативности не проявили. Делегациям была дана инструкция затягивать переговоры. Английская миссия только к концу пребывания в Москве получила полномочия на их ведение. Обе делегации не были уполномочены подписывать военную конвенцию.
Стремясь к достижению сотрудничества с Англией и Францией, советская сторона выдвинула разработанные Генеральным штабом Красной Армии летальные предложения о количестве войск и вооружений, выставляемых СССР, и об их участии в отражении агрессии в Европе с учетом трех вариантов возможного развития военных событий. Английская и французская миссии уклонились от обсуждения конкретных вопросов и завели переговоры в тупик. Правительство Польши отвергло предложение о пропуске советских войск через ее территорию при возникновении германской агрессии. Англия и Франция не смогли оказать на Варшаву нужного воздействия, обесценив в итоге московские переговоры.
Тройственный военный союз в случае его заключения в августе 1939 г. мог стать реальной преградой, способной не допустить германского нашествия на Польшу и войны в Европе. Но этого не произошло. Взяло верх стремление западных держав разрешить свои противоречия с Германией за счет других стран, особенно за счет СССР.
В конце 20-х - начале 30-х гг. международная обстановка изменилась. Глубокий мировой экономический кризис, начавшийся в 1929 г., вызвал серьезные внутриполитические изменения во всех капиталистических странах.
Так, международная обстановка резко обострилась после прихода к власти в Германии в 1933 г. национал-социалистической партии, во главе с А. Гитлером. Новое правительство поставило своей целью пересмотреть итоги Первой мировой войны. Как страна, которая проиграла войну, Германия не имела права иметь свои вооруженные силы, но она отказалась от выполнения условий Версальского договора и в 1935 г. объявила о создании военной авиации и военно-морского флота, введя всеобщую воинскую обязанность.
В 1933 г. советское правительство разработало план борьбы за коллективную безопасность, который предусматривал заключение регионального соглашения между европейскими государствами о взаимной защите от германской агрессии. В 1934 г. СССР вступил в Лигу Наций.
В результате переговоров между министром иностранных дел Франции Луи Барту и наркомом иностранных дел СССР М.М. Литвиновым, был выработан проект Восточного пакта, по которому СССР, Польша, Латвия, Эстония, Литва и Финляндия образуют систему коллективной безопасности.
Но, однако Восточный пакт как система коллективной безопасности не был реализован из-за противодействия Англии и правых реакционных кругов Франции. В 1935 г. были подписаны правительством СССР советско-французский и советско-чехословацкий договоры о взаимопомощи. Стороны обязывались в случае нападения на одну из них немедленно оказывать друг другу помощь.
В марте 1936 г. был заключен договор с Монгольской Народной Республикой, а в августе 1937 г. - договор о ненападении между СССР и Китаем.
В 1935 г. Германия ввела свои войска в демилитаризованную Рейнскую Область, а в 1936 г. Германия и Япония подписали соглашение, направленное против СССР (Антикоминтерновский пакт). В 1938 г. Германия осуществила присоединение Австрии .
В это время, западные державы проводили политику уступок Германии, надеясь направить агрессию на Восток. Не случайным, поэтому стало подписание между Германией, Италией, Францией и Англией Мюнхенского соглашения 1938 г., по которому Чехословакия потеряла свою самостоятельность.
В условиях, когда переговоры СССР с Англией и Францией в 1939 г. зашли в тупик, советское руководство приняло предложение Германии о мирных переговорах, в результате чего в августе 1939 г. в Москве был заключен советско-германский договор о ненападении, незамедлительно вступивший в силу и рассчитанный на 10 лет (пакт Риббентропа - Молотова).
К договору был приложен секретный протокол о разграничении сфер влияния в Восточной Европе. Интересы Советского Союза были признаны Германией в Прибалтике (Латвия, Эстония, Финляндия) и Бессарабии.
Так, СССР был поставлен перед альтернативой: или договориться с Англией и Францией и создать систему коллективной безопасности в Европе, или заключить пакт с Германией, или остаться в одиночестве.
Заключив в 1939 г. пакт о ненападении с Германией, когда на Дальнем Востоке шли военные действия, СССР избежал войны на два фронта.
Однако, пакт не дал возможность создать в Европе единый антисоветский фронт.
1 сентября 1939 г. Германия напала на Польшу. Великобритания и Франция объявили войну Германии. Так началась Вторая мировая война.
В новых международных условиях СССР приступил к реализации советско-германских договоренностей. 17 сентября, после разгрома немцами польской армии и падения польского правительства, Красная Армия вступила в Западную Белоруссию и Западную Украину.
28 сентября 1939 г. был заключен советско-германский договор «О дружбе и границе», закрепивший эти земли в составе Советского Союза. Одновременно СССР настоял на заключении соглашений с Эстонией, Латвией и Литвой, получив право размещения своих войск на их территории. В этих республиках в условиях присутствия советских войск были проведены выборы в законодательные органы, на которых одержали победу коммунистические силы. В 1940 г. Эстония, Латвия и Литва вошли в состав СССР .
В октябре 1939 г. СССР предложил Финляндии сдать в аренду на 30 лет полуостров Ханко, имевший значение для наших границ, передать острова в Финском заливе, часть полуостровов Рыбачий и Средний, часть Карельского перешейка - в обмен на территорию в Советской Карелии.
Однако, финская сторона не приняла условия, переговоры были прерваны. Вспыхнул военный конфликт. Советско-финская война длилась 105 дней, с 30 ноября 1939 г. по 12 марта 1940 г.
Хотя эта кампания и закончилась победой СССР, позволила нашей стране усилить стратегические позиции на северо-западе, отодвинуть границу от Ленинграда, все же она нанесла нашей стране политический и моральный ущерб. Мировое общественное мнение в этом конфликте было на стороне Финляндии, престиж СССР заметно упал. 14 декабря 1939 г. СССР был исключен из Лиги Наций.
Резюмируя, следует отметить, что советское правительство сыграло немалую роль в создании коллективной безопасности, который предусматривал заключение регионального соглашения между европейскими государствами о взаимной защите от германской агрессии. Благодаря этому, СССР вступил в Лигу Наций.
Однако, тот факт, что СССР вступил в войну с Финляндией, которая длилась 105 дней, и закончилась победой СССР, позволила нашей стране усилить стратегические позиции на северо-западе, отодвинуть границу от Ленинграда, все же нанеся СССР политический и моральный ущерб.
Следует отметить, что мировое общественное мнение в этом конфликте было на стороне Финляндии, а потому престиж СССР заметно упал.
Советско-германские договоры 1939 года: сущность и значение
В 1939 г. были заключены следующие советско-германские договоры.
Германия предоставила СССР кредит на 200 млн. германских марок и взяла на себя обязательство поставить Советскому Союзу по этому кредиту станки и другое заводское оборудование, а также военную технику; в тоже время, СССР обязался погасить кредит поставками сырья и продовольствия.
- 11 февраля 1940 г. был заключено хозяйственное соглашение о расширении торговли.
- 10 января 1941 г. заключили соглашение о взаимных торговых поставках до августа 1942 года.
Данные соглашения были важны для обеих сторон, т.к. несли в себе серьёзное экономическое и военно-техническое сотрудничество между Германией и СССР. И действовали договоры вплоть до начала ВОВ.
Значимым договором был договор (28 сентября 1939 г. Договор о дружбе и границе между СССР и Германией.
Этот договор провёл размежевание между СССР и Германией по «линии Керзона », тем самым, закрепив ликвидацию польского государства.
Договор от 10 января 1941 г. Им являлся Договор о советско-германской границе от реки Игорки до Балтийского моря; Соглашение о переселении из Литовской, Латвийской и Эстонской ССР немцев в Германию с Соглашением об урегулировании взаимных имущественных претензий, связанных с этим переселением.
Отдельно стоит остановиться на договоре от 23 августа 1939 г. (Договор о ненападении между СССР и Германией (Пакт Молотова - Риббентропа).
Этот договор означал резкую переориентацию во внешней политике СССР на сближение с Германией . Секретный протокол к договору устанавливал разграничение сфер интересов сторон. Германия признавала интересы СССР в Латвии, Эстонии, Восточной Польше, Финляндии, Бессарабии .
Кстати сказать, вслед за заключением договора 1 сентября 1939 г. Германия напала на Польшу, а 17 сентября 1939 г. на территорию Восточной Польши вступила Красная Армия, после чего в состав СССР были включены Западная Украина и Западная Белорусия (1939), а впоследствии Прибалтика и Бессарабия 1940); в конце 1939 г. СССР напал на Финляндию, развязав советско-финскую войну.
«Обе договаривающиеся стороны обязуются воздерживаться от всякого насилия, от всякого агрессивного действия и всякого нападения в отношении друг друга как отдельно, так и совместно с другими державами:
В случае, если одна из договаривающихся сторон окажется объектом военных действий со стороны третьей державы, другая договаривающаяся сторона не будет поддерживать ни в какой форме эту державу.
Правительства обеих договаривающихся сторон останутся в. будущем во взаимном контакте для консультации, чтобы информировать друг друга о вопросах, затрагивающих их общие интересы.
Ни одна из договаривающихся сторон не будет участвовать ни в какой группировке держав, которая прямо или косвенно направлена против другой стороны.
В случае возникновения споров или конфликтов между договаривающимися сторонами по вопросам того или другого рода обе стороны будут разрешать эти споры или конфликты исключительно мирным путём, в порядке дружественного обмена мнениями или, в нужных случаях, путём создания комиссии по урегулированию конфликтов».
Этот договор заключался на срок в десять лет. 11 февраля 1940 г. он был дополнен советско-германским торговым договором.
Этот договор имел огромное значение тогда.
Его заключение опрокидывало замыслы тех реакционных дипломатов Англии и Франции, которые рассчитывали, изолировав СССР, обеспечив его обязательствами о взаимной помощи, направить против него германскую агрессию. Это было крупнейшим дипломатическим достижением правительства СССР.
С другой стороны, подписывая договор о ненападении с Советским Союзом, Германия Гитлера тем самым демонстрировала перед всем светом своё признание мощи СССР и боязнь перед возможным участием советской державы в борьбе против Германии на стороне англо-французского блока.
Итак, разумеется, что договор с Германией отнюдь не был свидетельством излишнего доверия советского правительства к фашистской Германии. Он не ослаблял бдительности советского правительства и его неустанной заботы об укреплении обороноспособности СССР. «Этот договор, - говорил т. Молотов, - подкреплён уверенностью в наших реальных силах, в их полной готовности на случай любой агрессии против СССР».
Заключение договора о ненападении между СССР и Германией вызвало новую бурную кампанию против Советского Союза. Реакционная печать в Англии и Франции завопила о противоестественном союзе коммунизма и фашизма. А ИА «Рейтер» что, якобы советское правительство само объяснило разрыв переговоров с Англией и Францией тем, что заключило договор с Германией.
В своём интервью, напечатанном 27 августа в «Известиях», Ворошилов решительно опроверг все эти измышления. «Не потому, -- заявил он, -- прервались военные переговоры с Англией и Францией, что СССР заключил пакт о ненападении с Германией, а, наоборот, СССР заключил пакт о ненападении с Германией в результате между прочим того обстоятельства, что военные переговоры с Францией и Англией зашли в тупик в силу непреодолимых разногласий» .
Итак, становится очевидным то, что советско-германские договоры носили важный характер. Она играли достаточно серьезную роль в экономике обеих стран, развитии военно-технического сотрудничества между Германией и СССР.
Кроме того, подписывая договор о ненападении с СССР, Германия демонстрировала своё признание мощи СССР и боязнь перед участием советской державы в борьбе против Германии на стороне англо-французского блока. Однозначно, что договор с Германией отнюдь не был свидетельством излишнего доверия советского правительства к фашистской Германии. Он не ослаблял бдительности нашего правительства и его заботы об укреплении обороноспособности границ.